Катя Лель – девушка с характером

После знакомства и сотрудничества с Максом Фадеевым жизнь Кати Лель изменилась коренным образом. Для полного счастья певице сегодня не хватает разве что семьи. За решение этой проблемы Катя обещает взяться в самое ближайшее время...


До и после Фадеева

— Катя, чем ты занималась до знакомства с Фадеевым? Почему о тебе ничего не было слышно?

— Это был как раз тот период, когда с центральных телеканалов исчезли все мелькавшие там артисты. Поп-музыку и эстраду на какое-то время вытеснил рок. Он заполонил собой все имеющееся пространство. Но я ни одного дня не сидела сложа руки. Так, до работы с Максом я много экспериментировала. У меня вышел альбом альтернативной музыки, чем-то похожей на «Garbage».

— Получается, что твою творческую жизнь можно разделить на периоды до знакомства с Фадеевым и после?

— Конечно, ведь это совершенно разные периоды. Но при этом я все всегда делала от души, искренне и преданно. Я очень долго искала человека, который смог бы донести до слушателей в полной мере то, что я хочу сказать. К сожалению, в нашей стране реальных звезд в такой профессии, как музыкальный продюсер, очень мало.

— Максим Фадеев в первую очередь отличный бизнесмен...

— В первую очередь он — правильный музыкант. Уже потом он саунд-продюсер, автор песен, режиссер. Он правильно делает, что своими проектами занимается самостоятельно, никого к ним не подпускает. Я очень долго мечтала работать с Максом. То, что я делала раньше, существенно отличается от того, что исполняю сейчас. Раньше для меня писали песни Илья Резник, Владимир Матецкий — композиторы старшего поколения. Их песни сказывались на моем имидже. Они совершенно не соответствовали моему возрасту. Макс Фадеев открыл мое настоящее лицо, показал истинную Катю Лель — жизнерадостную, улыбающуюся и в то же время глубокую по своей лирике и натуре.
И ты будешь плакать!

— Твой голос изменился. Куда исчезла хрипотца?

— Я занимаюсь музыкой с пяти лет. В музыкальной школе играла на фортепиано, и мой педагог настаивал на том, чтобы я не оставляла инструмент. Потом были музыкальное училище и эстрадно-джазовое отделение Академии Гнесиных в Москве. Так вот, когда я начала работать с Максом, он сказал: «Мне не нужны твои профессиональные данные. Забудь все, чему тебя учили. Мне не нужны твои эстрадные манеры. Мне нужна девочка Катя с ее настоящим голосом. А та хрипотца, которая есть в твоем тембре, должна быть энергетически светлой». Это было очень сложно! Запись первых треков проходила в Праге, на студии, купленной Максом у самой Бьорк. Я пела, но Макс все не унимался: «Я тебе не верю. Я не чувствую того, что ты делаешь. Мне нужно слышать правду, чтобы по телу бежали мурашки».

— Как ты все это выдержала?

— Очень сильно злилась, но ведь сама напросилась! Сама преследовала два года Макса, так хотела с ним работать! Максим сразу предупредил: «В этой студии все плачут. Запомни мои слова, и тебя это ждет». Он очень требовательный. Никогда ни с кем не церемонится, что думает, то и говорит.

Ты — гений, а я — артист

— Хоть раз пыталась спорить с Фадеевым?

— По природе человек я тактичный, терпеливый, но свое мнение отстаивать умею. Макс был за то, чтобы сменить мой псевдоним, предлагал назвать просто Катей. Я выждала момент и сказала: «Макс, я все равно буду Катей Лель». Чтобы найти подход к нему, пришлось обратиться к специальной литературе. Макс ведь по профессии психолог — вот почему с ним простому человеку так нелегко общаться. Читала все подряд: Карнеги, Синельникова, Коэльо. И поняла — ему нельзя давать видеть меня в слезах. В конце концов я спела все так, как он хотел. Макс подбежал ко мне, обнял и сказал: «Девочка, у нас все получится».

Сразу по окончании записи я с друзьями рванула на шоппинг в Милан. Уже на следующий день Макс вызвонил меня: «Слышь, я тут подумал и понял, что «Мармеладный» — фигня. Меня эта песня просто раздражает. Я ее уничтожу, а напишу другую, гораздо лучше». Этого допустить я никак не могла. Как раз в момент переговоров я находилась в магазине «Роберто Кавалли» и все 40 минут до его закрытия делала все возможное, чтобы спасти будущий хит. Сейчас об этом смешно вспоминать, но тогда я уже понимала, что «Мармеладный» — первая ниточка к успеху.

— Известно, что Фадеев крайне негативно относится к журналистам. Не пытался ли он учить тебя, как общаться с представителями СМИ?

— Он мне с самого начала говорил: «Зачем ты общаешься с журналистами?». На что я отвечала: «Тебе легко говорить. Ты — гений, которому это общение не нужно. А я — артист, я вынуждена отвечать на вопросы журналистов, выходить к зрителям». Мы с Максом живем в совершенно разных мирах. Он сейчас поселился в Праге. Вот так взял и отгородился от всего, что когда-то раздражало.

Домик на колесах

— У тебя есть время на путешествия?

— В последнее время все мои путешествия связаны с гаст­ролями. Недавно я с другими российскими артистами участвовала в концерте в Арабских Эмиратах. Провели там три дня. Жили прямо на берегу, лежали на солнышке и чувствовали себя людьми. А ночью по дискотекам расхаживали, «зажигали» вместе с Малаховым и Басковым.

— Выполняешь какие-то ритуальные действия перед выходом на сцену?

— Читаю молитву «Отче наш», а после концерта обязательно умываюсь святой водой, которую всегда вожу с собой. Я понимаю, что не все люди в зале настроены на позитив. Это совершенно нормально — тебя не могут любить абсолютно все.

— Ты водишь машину?

— Сейчас езжу с водителем, сама за руль сажусь крайне редко. Где-то раз в полгода и то за городом. При такой сумасшедшей жизни, как у меня, машина становится домиком на колесах. Я там переодеваюсь, готовлюсь к концертам, слушаю музыку, учу английский язык, веду деловые переговоры по телефону.

— А какая у тебя машина, если не секрет?

— Не секрет — «Ягуар».

Любимые углы

— Твое последнее крупное приобретение?

— Квартира в центре Москвы. Как раз сейчас там заканчивается ремонт. В разработке интерьера я принимала непосредственное участие.

— В новой квартире у тебя уже есть любимый угол?

— Ты знаешь, на данный момент мне нравится вся моя квартира без исключения: спальня, ванная, гостиная, кухня, гардеробная, детская...

— Детская?!

— Надо же о будущем думать!

— Есть ли у тебя подруга, с которой можно поговорить о самом личном?

— У меня даже две такие подруги. Первая — очень смешная девушка — бизнес-вумен. Вторая — старшая сестра Ирина, которая сейчас работает моим администратором. С ней я могу поделиться самым сокровенным.

— Давно Ирина работает твоим концертным администратором?

— Скоро два года будет. До этого Ира жила в городе Нальчике, как и я десять лет назад. Она тоже имеет высшее музыкальное образование. Продолжительное время Ира работала учителем в музыкальной школе.

Замуж на скорую руку

— Самый нелепый слух, который ты слышала о себе?

— Ой, их так много! Я уже привыкла к тому, что каждый день меня выдают замуж и каждый день приписывают рождение детей. Наверное, без этих историй было бы скучно жить!

— Замужем ты не была ни разу?

— Совершенно верно! Но сейчас, честно говоря, только об этом и думаю. В то же время выходить замуж на скорую руку не собираюсь. Для принятия решений подобного рода мне нужно время. Мне необходимо осознать то, что я сделала правильный выбор, что человек, за которого собираюсь выходить замуж, заслуживает внимания и стоит меня.

— Ты этого человека уже нашла?

— Я не могу говорить об этом. Жизнь покажет...

— То есть он есть, но ты пока присматриваешься?

— Да, присматриваюсь.

— О твоих романах с иностранцами писали в свое время очень много. Сама ты каким мужчинам отдаешь предпочтение — нашим или импортным?

— Это с какими еще иностранцами я романы кручу? С Крисом де Бургом, что ли? (Смеется.) Национальность для меня не имеет значения.

— А с Энрике Иглесиасом у тебя что было?

— С Энрике мы записали несколько песен — и все. Недавно он приезжал в Москву. Я как раз в это время была на гастролях, поэтому увидеться с ним нам было не суждено.

— И это все?! А столько писали о ваших встречах на вилле Энрике...

— (Смех.) Нет, это неправда. С Энрике Иглесиасом я не спала!