Снова плохие парни

Это может тянуться до бесконечности, и не возникнет никакой определенности, кто более вдохновлен сценарием Дика Клемента, Иэна Ла Френэ, Мариан и Кормака Уибберли – маленький толстый черный Мартин Лоуренс или длинный худой тоже черный Уилл Смит. Ребята уверены, видно, что отрабатывают гонорары самим фактом вхождения в кадр и звучания такого бреда на своих собственных устах.

И режиссер Майкл Бэй, больной, видно, на эпохальность и крупнобюджетность ("Перл-Харбор"), еще добавляет уверенности. Ухитряется на совершенно ровном месте, когда ничего не происходит – собака прокусила резиновый бассейн одного из двух мусоров – истратить бабки просто головокружительные. Для придания значимости прокусыванию бассейна у него полицейские вертолеты облетают нью-йоркские небоскребы. Представьте себе, опять же, сколько под эти диалоги стоило нанять вертолетов, пилотов, поднять их и снять панорамно с еще одного летательного аппарата, заплатив, как положено, также за нью-йоркский воздух. Чума.

Тем не менее, на второй час достоинства продолжаются. Кто-то из четырех сценаристов так сильно возненавидел то, что они сочиняют, что подговорил остальных, и начался откровенный садизм по отношению к персонажам. Копов Лоуренса и Смита запихнули в ситуацию, когда наркомонополист (Хорди Молья) транспортирует экстази в желудках трупов из моргов, монополистом которых является по совместительству. Фантазию сценаристов прорвало – гуляй не хочу. Тут и погоня за труповозкой, у которой, конечно, открылась задняя дверь, и жмурики повываливались на проезжую часть, а невинные автолюбители их – по головам, по головам, и головочка катится, катится... Тут и копание во внутренностях жмуриков, расфасованных по каталкам, и даже весьма эротический эпизод на одной из каталок, куда от погони спрятался Мартин Лоуренс и где оказалась грудастая молодая покойница. Вдруг и диалог оживился, хотя удобоваримым не стал. И когда из покойников все уже высосано, черный юмор перекидывается на Кубу. Вернуться к описанным диалогам даже, видно, у сценаристов нет никакой возможности.

В общем, кончается тоже бодро: на минном поле в окрестностях Гуантанамо оказываются Смит, Лоуренс, его упомянутая сестра-профурсетка и наркомонополист. И когда в песках нейтральной полосы перед военной базой монополист взрывается, нам подробно и сладко показывают, как от нижней части туловища отделилась верхняя часть и куда она полетела. Майкл Бэй все снимает столь же добросовестно, как капитуляцию Японии на авианосце "Мидуэй" в сентябре 1945 года. В результате "Плохих парней II" понятно, зачем смотреть. Фильм прекрасно иллюстрирует сформулированные В.И.Лениным три признака явно сложившейся в Голливуде революционной ситуации: "Бабок до фига, верхи не могут, а низы не хотят". Буря, буря, скоро грянет буря.