Что положено Юпитеру…

Когда я была маленькой, то мечтала стать космонавтом. Ей-богу, не вру! Буквально грезила космосом. Вырезала из газет все о полетах, ракетах и покорителях звездных пространств, собирала открытки с портретами космонавтов. Жаль, что мои альбомы, а их было несколько, потерялись во время многочисленных переездов, а точнее, были выброшены безжалостной рукой не одобрявшей мое увлечение мамы, — они были достойны того, чтобы занять место в каком-нибудь музее космонавтики.

Потом оказалось, что у меня больная печёнка и никуда не годный вестибулярный аппарат. Потом мне стало ясно, что мальчики и девочки играют в разные игры, а если девочек и приглашают для разнообразия в мужскую компанию, то правила игры устанавливаются безо всяких скидок на принадлежность к женскому полу.

Дальше… дальше я взрослела и понимала, что у мужчин свои увлечения, а у женщин — свои, и что положено Юпитеру, не положено быку, то есть корове (уж простите, обидеть никого не хотела). Мужчина может позволить себе улететь к далёким неизведанным мирам — ну хоть, к примеру, на Марс, яблони сажать, а женщина… Удел женщины — ждать его на космодроме. Помните, как в знаменитой песне: «Первым делом, первым делом самолёты! Ну а девушки? А девушки — потом!»

Между прочим, вот это самое «потом» очень, я бы сказала, симптоматично. Оно характеризует социальную установку мужчины, его ориентацию «вне» — вне дома, вне семьи, вне родственных уз. Они — на втором плане. Главное — работа, а вся остальная жизнь — эпизод. При этом наши мужчины как бы забывают, что за роли второго плана, которые в их «фильмах» играют женщины, принято время от времени «Оскаров» вручать. А когда им об этом напоминаешь, нарываешься на крупные неприятности.

Вспомним хотя бы великого Сократа. Чем он занимался всю свою жизнь? Правильно, философией. А что такое философия? В переводе с древнегреческого — «любовь к мудрости». В общем, любил Сократ мудрить. И целыми днями он мудрил — сидел со своими бесконечным потоком к нему идущими учениками и вёл умные беседы. И это вместо того, чтобы позаботиться о жене и о детях! Бедная Ксантиппа, на плечи которой легли заботы о пропитании (Сократ покушать тоже был, я думаю, не дурак!), вошла в историю как самая сварливая жена. Ещё бы! Она же мешала мужу заниматься философией.

Теперь представим на минуту, что умные беседы с учениками вела бы Ксантиппа. Ну, если честно, такое и представить-то трудно, потому что её тут же подвергли бы остракизму. Нет-нет, это не то, о чём вы подумали. То, о чём вы подумали, обычно делают с мужчинами. Жаль, что редко. А Ксантиппу просто-напросто побили бы и выгнали из родного города. С каким же, должно быть, облегчением вздохнула она, когда Сократу подсунули чашу с цикутой. На её месте я бы сделала это сама и намного раньше! Предлагаю в честь Ксантиппы перефразировать знаменитое изречение: «Попадётся хороший муж — станешь счастливой, попадётся философ — станешь Ксантиппой».

Невольно вспоминается крыловское крылатое: «У сильного всегда бессильный виноват». Сейчас посягну на самое святое. Александр Сергеевич Пушкин, к примеру, был большой любитель по бабам шляться. В том числе и по чужим жёнам. А когда кто-то, а конкретно Дантес, попробовал поступить точно так же по отношению к его собственной жене, схватился за пистолет. Пушкин в этом отношении, конечно, молодец, но нашлись «доброжелатели», тут же обвинившие в смерти поэта красавицу Натали. Что положено Юпитеру, не положено… (см. выше)

А супружеская чета Толстых? Кто не знает, что граф Толстой, великий Лев Николаевич, был несчастлив в браке? Мол, Софья Андреевна не понимала его, изводила мелочными придирками, заедала — от неё, мол, не выдержав, и сбежал старый граф и, как бродяга, умер на забытой богом станции.

А кто-нибудь поставил себя на место этой бедной женщины, графини, прозябавшей в деревне, тащившей на себе воз хозяйственных забот, поднимавшей на ноги выводок графских отпрысков, пока гениальный муж ходил босиком по окрестным полям или писал, запершись в кабинете, свои великие творения? И у него ещё хватало совести обвинять её в связи с молодым любовником! А что ей, нелюбимой им, оставалось делать?! Спросил ли кто-нибудь её, хотела она такой жизни?

С точки зрения мужчины, хороша лишь та жена, которая, как чеховская Душечка, растворяется в муже, живёт его жизнью. А если женщина тоже личность и не хочет играть роль второго плана?

Значит, она принуждена быть «сварливой Ксантиппой» или… обречена на одиночество. Мужское сообщество не прощает тех, кто не играет по его правилам.

Не знаю, кому как, но мне больше импонирует Диоген: жил себе в бочке на берегу моря и мудрствовал, при этом не сделав несчастной ни одну женщину, поскольку никого не заставлял жить в соседней бочкотаре.

Степень мужского, я бы сказала, корпоративного эгоизма потрясает. Но ещё более потрясает женская безропотность и покорность. Возьмите хотя бы Пенелопу. Представляете, сколько лет должен был странствовать Одиссей, чтобы имя его стало нарицательным?! Бедная Пенелопа ждала двадцать лет! Вырастила ему сына, которого, вернувшись, блудный папа даже не узнал! Зато вошла в историю как символ женской верности. Не-е-ет, не хочу быть символом! А кого она в действительности любила? Сдаётся мне, что не живого человека, а миф Древней Греции…

Не надо быть врачом-психиатром, чтобы поставить диагноз: это патология! Но мне кажется, что слухи о верности Пенелопы сильно преувеличены. Давно известно, что легенды создаются не для современников, а для потомков. В назидание, так сказать. Поэтому даже если бы Пенелопы, двадцать лет омывающей ноги морской водой в ожидании мужа, не было, мужчинам бы следовало её выдумать!

Выдумал же, к примеру, Андрей Вознесенский Кончитту, якобы тридцать пять лет ожидавшую графа Резанова на своём богом забытом острове. Нет, Кончитта, конечно, была, и Резанов — фигура историческая. Может, и любовь у них была. Но чтобы тридцать пять лет любить покойника… Это просто садомазохизм какой-то, платоническая некрофилия. Я так думаю, что дочери губернатора просто не нашлось подходящей пары на этом острове. В том смысле, что если Кончитта действительно записала себя в вечные невесты, то рядом с ней просто не нашлось нормального мужика, который выбил бы у неё эту дурь из головы. Потому что не может здоровый человек любить призрак, фантом, тень… Это против природы, тем более женской.

А Кончитта, как мне кажется, не Резанова любила — сказку, которую сама же и придумала. Так же, как Ассоль, которая всё ждала, когда принц под алыми парусами примчится. И Грея полюбила, заметьте, не за душу и не за доброе сердце, о котором не имела ни малейшего понятия, а за алые паруса. А если бы под личиной Грея скрывался насильник и злодей? Позвал бы её «Ассоль!», она бы и шагнула, бедная дурочка, к нему в объятия. Просто бред какой-то! Вот так и Кончитта — всё ждала, что прискачет принц на белом коне, поцелует её, спящую в хрустальном гробу, и сказка начнётся заново. А жизнь тем временем проходит мимо…

А вы заметили, что все красивые истории любви заканчиваются воссоединением героев. А дальше? А дальше никакой красоты уже нет. Он либо Сократ, либо Одиссей, а она — либо Ксантиппа, либо Пенелопа.

И вот ещё что удивительно: в гробах хрустальных в ожидании чуда спят преимущественно одни только принцессы, а принцев среди них как-то не наблюдается. Так что не говорите мне о любви и верности. Какая-то она односторонняя получается. Вроде игры в одни ворота.

Но вернёмся к тому, с чего, собственно говоря, мы начали, — к космическим полётам. Лет этак сорок назад быть женой космонавта, наверное, было просто здорово! На пару часов слетал, а славы — на весь оставшийся век хватит. Но чем дальше, тем больше звёздные путешествия напоминают странствия Одиссея. Ну а если уж на Марс соберутся… Им что, они умчались, а ты жди, пригорюнившись у окошка. Хорошо ещё, если вернутся — хотя бы тогда, когда дети вырастут. А если нет? В таком случае только и остаётся, что стать вдовой героя. А это ещё хуже, чем быть Пенелопой. Вдова героя, как жена Цезаря, должна быть выше всяких подозрений.

Когда Юрий Гагарин погиб, его жене Валентине чуть за тридцать было. Она без него прожила втрое больше, чем с ним, а замуж второй раз так и не вышла. И я понимаю, почему. Вот Кончитту не понимаю, а её — очень даже. Не потому, что рядом настоящих мужиков не было, а потому, что даже самый хороший — всё равно не Гагарин. Представляете, что значит взять высоту и знать, что ниже прыгнуть ты уже не можешь себе позволить — не поймут и не простят. И в первую очередь, мужчины, которые так любят придумывать легенды и хотят, чтобы на эти легенды равнялись простые смертные женщины.

А вообще у меня есть предложение. Давайте, организуем женскую экспедицию … ну хоть в дебри Амазонки или в Антарктиду. Годика этак на два — на три. Мужчин оставим на хозяйстве — с детьми, кастрюлями, кошками и собаками. И посмотрим, надолго ли их любви и верности хватит. Представляете, возвращаемся, а мужчины у нас в хрустальных гробах на цепях качаются. Поцелуем мы их в уста сахарные, проснутся они от долгого сна. И такая у нас жизнь пойдёт — просто сказка!