Карнавальное безумие Рио

Ежегодно на пару — тройку недель Бразилия, а вместе с ней и миллионы туристов со всех уголков света, буквально сходят с ума.

Стройные и не очень креолки цвета шоколада, в большинстве своем «топлесс», а иногда и «поплесс», дающие жару под зажигательные мелодии самбы... Пузатые претенденты на звание короля Момо, чванливо исполняющие танец объемного живота... Взыскательные члены жюри, с пеной у рта доказывающие правильность своего решения о лучшей школе самбы, и несогласные с ними болельщики, готовые в знак протеста обрушить трибуны Самбадрома, - это и есть карнавал в Рио. Безудержная круговерть лиц, полуобнаженных тел, заходящихся в замысловатых эротичных па, вычурных костюмов, музыкальных инструментов и исполняемых на них мелодий буквально выплескивается на улицы столицы Бразилии, подхватывает бурлящим потоком и крутит в водовороте кипучих страстей. Получается фантастически пьянящий и очень демократичный коктейль, которым в равной мере упиваются и сливки общества, и простой народ, и которым просто невозможно пресытиться...

ЗАБАВНО, но негласный местный календарь в Рио четко делится на два периода — «до» и «после» карнавала. Несмотря на то, что многие бразильцы во время ежегодных празднеств предпочитают улизнуть из города куда подальше, оставшиеся «волонтеры разгула» желают друг другу счастливого торжества, пожалуй, более горячо, нежели счастливого Рождества.

Накануне карнавала можно попробовать провести эксперимент и постараться выяснить: когда и с чего в Бразилии начался этот праздник. Молодежь будет недоуменно пожимать плечами, ей вопрос кажется непонятным — сколько молодые себя помнят, карнавал был всегда. Те, кто постарше, охотно вступают в дискуссию, хотя тоже смутно представляют, когда и как возникла эта интернациональная вакханалия. А один убеленный сединами старик сказал мне следующее: «Если бы я знал, с каких пор в Бразилии идет дождь, то я бы ответил на ваш вопрос». Вот так! Не больше и не меньше. В Бразилии люди настолько свыклись с карнавалом, что воспринимают его, в лучшем случае, как закономерное явление природы, а в худшем — как стихийное бедствие. Так было всегда — и точка.

Два папаши Жозе

КОНЕЧНО ЖЕ, бразильский карнавал был не всегда. Традицию поливать друг друга водой и ходить ряжеными завезли в страну португальцы. Знакомьтесь — Жозе Ногейра Парадис, прадедушка карнавала. Именно он как-то с друзьями почудил — устроил скоморошное шествие под барабанный бой, к которому присоединились многие из тех, кто стал свидетелем действа. Тогда, в 1885 г., повеселились от души, ночь напролет куролесили — друг друга дурачили, обливали водой, обсыпали мукой и песком, пачкали мелом и углем. Вскоре по улицам Рио уже дефилировали карнавальные колесницы.

Примерно в то же время возникла и первая школа самбы — «Позвольте сказать». Ее основал вечно голодный музыкант Жозе Барбоза да Сильва, который позже неустанно твердил, что имеет право бесплатно восседать на трибунах для зрителей. Впрочем, его потуги создать вокруг себя ореол одного из основателей карнавала не увенчались успехом: пальму первенства ему так никто и не отдал. И на трибуны для зрителей бесплатно не пускали.

Вряд ли оба Жозе тогда представляли последствия своих беззаботных затей. Сегодня все привыкли, что в конце февраля — начале марта деловая жизнь Бразилии словно бы замирает на время, в дни карнавала царит одно сплошное веселье. И даже если, к примеру, у вас возникли проблемы, то ими вряд ли кто из чиновников станет заниматься — предложат, в лучшем случае, подождать до конца карнавала. Как заметил кто-то из жителей Рио, в течение пяти дней только хирурги, их пациенты, младенцы и роженицы остаются непричастными к сумасшествию праздника, В это время все газеты — даже серьезные! — «тонут» в информации праздничной лихорадки, а безраздельными хозяйками эфира становятся искрометные «самбистки».

Под ритмы батукады

НО, КАК говорится, «конец начинается с начала». Так и с бразильским карнавалом: разбег берется гораздо раньше, нежели само действо. Хлопком стартового пистолета считаются ритмы батукады — перестук барабанов, что слышится во многих провинциальных поселках. Именно там приступают к репетициям массовики-затейники, которые организуют будущий спектакль. Именно там формируются музыкально-танцевальные школы самбы — самодеятельные, объединяющие несколько тысяч «учеников».

Кстати, любопытный читатель наверняка задаст вопрос: «А где, собственно, шьются наряды для участников карнавала?» Я отвечу так: в лачугах простого люда — швеи-мотористки, умелицы портняжного дела, дают фору многим суперпупермодным салонам Лондона и Парижа. Сколько стоят эти шедевры народного творчества? Да сущие пустяки: повнимательнее приглядевшись, вы заметите, что, например, «золотое» ожерелье сказочного принца сделано из обычных латунных колец, на которых, возможно, лет сто висели дырявые шторы в «избушке» его бабушки...

Безумное веселье, словно волна-цунами, поглощает на неделю все города и городки Бразилии. Рио-де-Жанейро беснуется: на центральном проспекте Варгаса развертывается «самый фантастичный спектакль планеты» — ночной конкурс ведущих школ самбы. Провинциальные школы стараются не отстать от столичных, уже признанных, но... уступают им в легкомыслии, которое в дни карнавала возводится в ранг абсолюта.

Власти стараются хоть как-то обуздать вакханалию, но удается им это с большим трудом. А если честно — то не удается вообще. Презервативы раздаются бесплатно тоннами, но, увы, подобное благое начинание не у всех находит понимание — подвыпившая публика, пребывающая в эротокоматозном состоянии, попросту игнорирует «ненавистную резину». Оттого потом долго и вспоминается этот праздник. Некоторые помнят его всю оставшуюся жизнь...

Впрочем, во время карнавала о грустном никто не думает. Все борются со стихией нескольких сотен мероприятий: участвуют в конкурсе по избранию короля Момо и прочих важных персон праздника, веселятся на балах-конфетти, шествуют в составе новоиспеченных школ самбы, просто гуляют под открытым небом и пускаются в умопомрачительные загулы в аристократических клубах. Дань моде и Бахусу отдают не только обладатели толстенных кошельков. Впрочем, каждый веселится по-своему.

Король Момо — чем толще, тем лучше

ШЕСТВИЕ и бал предваряют конкурсы, Выбрать короля Момо — дело не из легких. Его трон просто так не дается, а сам король должен соответствовать трем требованиям: быть веселым, добрым и толстым. Король весом менее 110 кг — нонсенс. Момо — главное действующее лицо праздника, ему должны безропотно подчиняться все остальные участники. Возраст Момо — от 25 до 50 лет, рост — не ниже 165 см. Но главное, «особо избранный» должен великолепно танцевать самбу, что, согласитесь, при подобной комплекции не так-то просто. Так что быть ключевым персонажем огромного водоворота страстей и танцев — дело нешуточное.

На самом же деле, даже если вы не самый внимательный наблюдатель, то вскоре поймете: настоящие короли праздника — не всевозможные толстопузые претенденты, а сексапильные мулатки и негритянки. Именно они фокусируют на себе все объективы теле- и фотокамер, а также взгляды зрителей, преимущественно мужского полу. Вид смело обнаженных танцовщиц, в бешеном ритме трясущих своими прелестями, производит на мужчин нокаутирующее впечатление, и эротический тонус Рио резко подскакивает.

На Самбадроме музыка играет

ТРАДИЦИОННО карнавал открывается в субботу — и набирает темп стремительно, как раскручивающаяся в воздухе лента серпантина. Выбор короля и королевы — это, конечно, здорово. Но все с трепетом ждут главного события — парада школ самбы, который обрушивается на толпу, как шквал огня во время пожара.

А начинается всеобщее представление ближе к вечеру на стадионе, специально построенном для танцев. Он так и называется — Самбадром. Одна за другой на нем выступают многочисленные школы самбы. Каждая из них показывает спектакль, к которому готовилась весь предыдущий год и для которого специально писались сценарий, музыка и слова песен. При этом каждая школа разрабатывает свою собственную тему: политика, природа, спорт, искусство, музыка...

Обычно каждый день в празднике принимают участие до 40 тыс. актеров, выступающих перед многотысячной толпой зрителей. Строгое жюри выбирает группу-победительницу. Разгоряченные танцоры и зрители расхватывают запотевшие бутылки с пивом, а соседний бар тоже празднует победу — за день работы выполнена месячная норма. После 4-х часов утра веселье выплескивается в кварталы Рио. Там, на улицах, порой бывает даже интереснее, чем на официальных выступлениях. Как говорится, танцуют все!

Около полутора десятка школ самбы высшей лиги выступают два дня, а точнее — две ночи. Самбадром пустеет лишь к утру, когда первые лучи солнца начинают подсвечивать воды залива Гуанабара. И туристы, и сами участники днем отсыпаются, потом «оттягиваются» замечательным бразильским пивом, разминаясь перед очередной бурной ночью. Телевидение крутит фрагменты лучших выступлений, на экране беспрерывной чередой ходят, вернее, приплясывают, красотки в фантастических полунарядах.

Но, чтобы понять самую суть происходящего, стоит все же разобраться в том, что такое самба для настоящего бразильца. Это — не мелодия, не танец и не песня. Это — целое явление. Оно неотделимо от карнавала. Это — бразильский характер, со всеми его тонкостями и нюансами. Хотите — верьте, хотите — нет, но прежде участники карнавалов танцевали... вальсы.

Самба, мамба и...

В БРАЗИЛИИ теперь с трудом вспоминают, что и самба, да и весь карнавал в целом, — «порождение иностранного менталитета». Даже в самых популярных самбах слышатся отголоски песен негритянских рабов, которые появились в Бразилии примерно в то же время, что и везде, — после великих походов европейских завоевателей.

Тогда невольничьи каравеллы бороздили моря и океаны. На них-то африканские негры-рабы и были завезены в бразильский штат Баия. Оттуда самба (так называли ангольцы-невольники свой национальный танец) и отправилась странствовать по свету. Современная самба — это симбиоз танго, польки, хабанеры, лунду и даже чарльстона.

В чем секрет современной самбы? Наверное, не только в блестящем мастерстве ее исполнителей, а еще и в способности зажечь людей, задеть их за живое, уловить их настроение и откликнуться на то, что волнует многих. Смех сквозь слезы — так, пожалуй, можно определить суть явления, именуемого самбой.

Откуда пошли названия школ убедительно объяснить не берется никто. И даже не очень ясно, где именно преподают самбу. Возможно, учить «школьников» отплясывать ее и вовсе не нужно, с этим умением они, похоже, рождаются и всю жизнь только его и шлифуют. Школа — это скорее некое творческое объединение, главная задача которого — подготовиться к карнавальному шествию. А его нужно провести так, чтобы доброжелатели ахнули от удивления и восторга, а конкуренты — от зависти...

Во время карнавала колонны исполнителей самбы в бешеном ритме проплывают мимо публики, прихлопывающей в ладони, притоптывающей в такт мелодии, покачивающей бедрами и взмахивающей руками. Колонна за колонной дефилируют мимо трибун, а строгое жюри взыскательно оценивает каждую школу: по мастерству оркестра, состоящего из нескольких сотен оркестрантов, по хореографии танцоров, оригинальности их костюмов, монументальности колесниц, гармонии шествия и, наконец, по самой самбе, ее способности ввести зрителей в экстаз.

Как вы думаете, от кого зависит триумф или поражение? Никогда не догадаетесь. Во многом — от так называемого «крыла» биянок — круглолицых, дородных негритянок из самого «черного» штата Бразилии, а также от грациозных выкрутасов «церемониймейстера» и «прапорщицы», танцующих с флагом своей школы. Их искусство бережно передается из поколения в поколение.

Во главе любимых школ идут знаменитые исполнители самбы — звезды бразильской эстрады. Умопомрачительное буйство нарядов — сплошные «принцы», «принцессы», «короли», «рыцари», «александры македонские» — все это и есть карнавал. Пересудов о том, как одеты, а чаще о том, как раздеты участники карнавального шествия, множество. Как прав'ило, зрителей больше всего волнует вопрос, у кого из кинозвезд, фотомоделей и просто красавиц телеса свои собственные, а у кого — силиконовые. Копий по этому поводу сломано немало, их ничуть не меньше, чем девушек, протанцевавших по Самбадрому «топлесс» — с обнаженной грудью.

Судью — на мыло!

НЕСКОЛЬКО дней после карнавала судьи подсчитывают набранные баллы. Все принимается во внимание, в том числе и главное — тема разыгранного накануне спектакля. Но вот есть резюме: выставляются первые оценки. Тысячи болельщиков начинают праздновать успех своего коллектива — и дело нередко доходит до обмороков, потасовок, разного рода травм. Некоторые «самбисты» и их болельщики непримиримы.

Вот какой-то здоровенный негр с неподдельным энтузиазмом и негодованием орет: «Засудили! Опять засудили!» Его лицо — лицо узника Бухенвальда — искренне выражает муки страданий. Это впечатляет. Рядом стройная мулатка, слушая итоговые оценки жюри, нервно передергивает плечиками — она не в силах сдержать слезы.

Но карнавал — это не только зрелище. Это — строго регламентированный жесткий конкурс. Чтобы победить, нужен творческий подход, раскованный артистизм и непременно — командный дух, который обязывает тысячи совершенно разных людей сплотиться и выложиться во имя общей победы. Именно так воспринимает карнавал большинство шествующих по Самбадрому — от игривых полуобнаженных красавиц, пляшущих на платформе, до мускулистых негров, катящих эти платформы мимо переполненных трибун.